Врач: помогает людям или обслуживает население?

С чего всё начиналось

По окончании школы в не столь далёком 1999 году я не ощущал особой тяги к ме­дицине, но, не поступив в технический вуз, решил скоротать время до следующего лета с пользой для себя и повторить по­пытку стать инженером. Медицинское учи­лище стало для меня тем местом, где можно было это сделать. Однако процесс обучения мне очень понравился, и к концу первого учебного года я уже не планировал уходить из медицины. Окончив свою Alma Mater и проработав три года фельдшером на скорой помощи, захотел повысить свою квалифи­кацию и поступил в мединститут. Последние семь лет я работаю врачом в службе скорой медицинской помощи (в последующем – СМП). Вот про это и расскажу.

Максим КОНЕВ, врач скорой медицинской помощи МО ССМП, подстанция города Электросталь

Самая интересная работа

Выбрал я своим направлением СМП ещё в 2002 году, потому как это самое адек­ватное и полное применение фельдшера в медицине. Сидеть в медпункте или на приёме в поликлинике с врачом мне по­казалось унылым и неперспективным вре­мяпрепровождением, недостойным взрос­лого крепкого мужчины. Поэтому ритм, драйв и тот адреналиновый задор, полу­чаемый от работы, был в самый что ни на есть раз. Сразу вскрылись все недоработки самообразования: вы же прекрасно по­нимаете, что человека научить нельзя, он может только научиться. И хоть программа училища была полной и интересной, она не смогла в себя вместить всё, что пона­добится в последующем. Исходя из выше­сказанного, следующий год я потратил на параллельное с работой изучение узкоспе­циализированных медицинских изданий, начал разбираться в ЭКГ, лабораторной и рентгендиагностике, неврологии и т.д. Ко­нечно, сравнивал изученный материал с отдельными случаями на вызовах и, на- оборот, использовал книги как справочный материал после работы. Никто после полу­чения диплома одномоментно не стано­вится специалистом высшего класса: ни врач, ни учитель, ни инженер. Но процесс наработки личного опыта можно ускорить самообразованием.

После непродолжительной стажировки начались суровые смены в режиме сутки через сутки, в одиночку, т.е. без напар­ника, выезжая на вызовы по любому по­воду к больным всех возрастных групп. Фельдшером я мог за одну суточную смену оказывать помощь (заметьте: не обслужи­вать, как это сейчас принято, а оказывать помощь!) на ДТП с несколькими пострадав­шими, при гипертоническом кризе, снижать температуру годовалому ребёночку, госпи­тализировать бабушку с инсультом или муж­чину средних лет с острым инфарктом ми­окарда, осложнённым отёком лёгких, «при­везти аппендицит» в стационар, а бывало, и роды принять на дому (четыре раза бы­вало). И всё это делал один фельдшер. Без педиатра, без кардиолога, без невролога и акушера, один! Ну или вдвоём с таким же фельдшером, если повезёт. И, в общей своей массе, пациенты отвечали вза­имностью: благодарили тёплым словом, ночью поили горячим кофе, писали слова благодарности в администрацию медуч­реждения. Но бочка мёда не бывает без ложки дёгтя. Часто докторам СМП по ра­боте приходится встречать агрессивных, неадекватных, нетрезвых, провоцирующих конфликт с бригадой на ровном месте «больных», к которым правильнее всего надо бы направить наряд полиции, а не бри­гаду скорой. И хорошо, что во мне 190 см роста и 96 кг веса. А если приедет девушка, худенькая и невысокая, что она сможет про­тивопоставить этому, простите, люмпену? Одинаковых больных не бывает, все они разные, но некоторых язык не поворачива­ется назвать больными, для них есть свои яркие и сочные, но ненормативные, тер­мины, коими богат наш великий и могучий.

Что было дальше

Шли годы, опыт накапливался, получил диплом врача и специализацию СМП, и тут я потихоньку начал замечать изменения в себе, в обществе и в отношении населения к медицине. По порядку.

Так называемое эмоциональное выго­рание личности медработника. Да, это есть и проявляется и как умеренный сарказм, так и чёрный медицинский юмор. Но, увы, мои дорогие, без этого никуда. Что бы ни го­ворили психологи о сострадании, всепогло­щающем участии, чуть ли не самопожерт­вовании на работе ради высокой цели «удо­влетворения потребности пациента», я буду против. Это не означает, что медики, в том числе и я, бездушные сволочи, запрограм­мированные безэмоциональные андроиды, не знающие сострадания, жалости, не чув­ствующие боль манекены. НЕТ! Всё мы чув­ствуем, понимаем, ощущаем, сострадаем, но нельзя пропускать чужие боль и стра­дания всецело через себя, нельзя, чтоб с каждым умирающим больным умирала ча­стичка тебя, иначе так от медика ничего не останется и пред вами предстанет унылый бледный человек в депрессии, с огромным возом своих проблем, хронических заболе­ваний и с потухшим взглядом. Сарказм и чёрный юмор – это защитные механизмы психики медика, не дающие постоянному стрессу выбить его из колеи, ввергнуть в алкоголизм или психические расстройства. Так что не воспринимайте медицинский юмор на свой счёт и серьёзно.

Как сильно изменилось количество обра­щений, а главное, мотивации вызова СМП! Сейчас создаётся впечатление, что наше на­селение просто разучилось думать, прини­мать решения и нести личную ответствен­ность за себя. Зачем идти в поликлинику или вызывать врача на дом для получения больничного листа в рабочее время, когда можно вызвать «03» в два часа ночи и не сидеть в очереди? Зачем принимать лекар­ства, назначенные доктором, или идти за ними в аптеку, когда можно вызывать «03» сколько угодно раз и получать от них капто­прил, которому цена три копейки? Зачем мазать зелёнкой и бинтовать порезанный пальчик, когда можно вызвать «03»? И уж точно нет никакого смысла давать ребёнку жаропонижающее, ведь приедет «03» и сде­лает укол.

А вы не задумывались, яхонтовые мои, что на 170-тысячный город с окрестностями по нормативу должно работать 17 бригад, а по факту работает 5–7 (некому работать, но причины этого феномена будут ниже)? Что доезды на вызовы на «температуру», «го­ловную боль», «давление» и тому подобные не скоропомощные поводы по нормативу – до двух часов? И на такие вызовы бри­гады приезжают несколько позже, чем за 20 минут, не потому, что долго пьют чай или отстаиваются у «Макдональдса», а потому, что все работают без заезда на подстанцию, без обеда и отдыха, пока вы не можете при­нять лекарство, которое у вас есть, и пере­мерить давление. А вы никогда не получали укол анальгина с димедролом в ягодичную мышцу, который как панацею от всех тем­ператур требуют для своих детишек «забот­ливые» мамочки? Уверяю вас: добавки вам не захочется. Ощущение непередаваемое, а эффект от инъекции быстр, но краток, и сильно уступает эффекту от приёма си­ропов, таблеток и свечей. А как насчёт вы­зовов с поводом «пил, плохо»? Так это во­обще отдельная песня с припевом! Если раньше среднестатистический мужчина, понимая, что накануне он немного не рас­считал дозу выпитого и теперь пребывает в похмелье и унынии, дрожащими руками со­бирал в кулак волю и мелочь и отправлялся за лекарством (аспирин в аптеке, мине­ралка в магазине), то сейчас просто звонит в «03» и не стесняясь требует к себе бри­гаду, да чтоб с капельницей, да чтоб с боль­ничным листом и 33-мя удовольствиями. И самое грустное то, что люди считают это нормой, а сотрудники СМП ввиду этого ра­ботают на износ.

Само отношение к службе «03» стало по­требительским: вы должны, вы обязаны, вы Гиппократу давали! А если будет болеть зад после укола или прыщик после таблетки вы­скочит на лице, то мы на вас в суд подадим, до Смольного дойдём, управу найдём и т.д. и т.п. Что-то доказывать бесполезно: объяс­нить человеку, свято уверенному в своей правоте, невозможно. Вы же знаете, что у нас вся страна умеет играть в футбол, кроме 11 человек, у нас каждый знает, как надо водить самолёты, кроме пилотов этих самых самолётов, у нас все знают, как должно ле­чить людей, кроме тех, кто на это учился… И это грустно осознавать. А создать конфликт на ровном месте, так это два раза просить не надо. Особенно это любят граждане, сто­ящие на последней ступени лестницы со­циальной деградации: которые не рабо­тают, ведут асоциальный образ жизни, зло­употребляют алкоголем в антисанитарных условиях своих жилищ и при этом требуют к себе отношения, подобного отношению индейцев майя к верховному божеству, а сами без матерных вставок двух слов свя­зать не могут. И такое встречается всё чаще. Я уже не говорю про угрозы, нападения, по­пытки причинения травм людям во время оказания помощи. Этих случаев что ни день, то два-три по стране, о чём проскакивает в СМИ. Вот люди и не выдерживают: уволь­няются, ищут работу поспокойнее, иной раз вообще уходят из медицины; самое при­скорбное, что и умирают на работе, не вы­неся нагрузок и интенсивности, на фоне за­работанных хронических заболеваний (увы, это уже давно перестало быть редкостью).

Не хочу говорить, что все больные плохие, а все медики на СМП замеча­тельные – нет, это было бы неправдой. И, несмотря на все многочисленные минусы, работа моя мне по-прежнему нравится и другую я не хочу. Просто все мы люди, да вот только относиться стали друг к другу не по-людски: агрессия порождает агрессию. А отсюда взаимная неприязнь. Кто и с какой целью столкнул лбами пациентов и медиков, я не знаю, но то, что это у них по­лучилось, – факт неоспоримый. Строить те­ории заговора – не моя прерогатива, но одно можно сказать точно: добрее надо быть друг к другу, терпимее.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *